Илья Федоров: «ПБХ важно распознать до развития осложнений»

— Илья Германович, как часто в Вашей практике встречаются пациенты с первичным билиарным холангитом?

— Таких больных мы видим все больше и больше, к сожалению. За 20 лет, что я заведую гастроэнтерологическим отделением в городской больнице, их число увеличилось раз в десять. В год у нас в среднем человек 40 таких пациентов проходят лечение, причем это стационарные больные, у которых поздние стадии заболевания, когда развивается цирроз печени с осложнениями. А если учитывать тех, у кого первичный билиарный холангит выявляют своевременно, еще до госпитализации, становится очевидно, что в клинической практике это заболевание встречается далеко не так редко, как может показаться.

— С чем, по Вашему мнению, может быть связан такой рост числа пациентов с ПБХ?

— Во всем мире увеличивается количество аутоиммунных заболеваний, и ПБХ здесь не исключение. Происходит некая деформация мирового иммунитета. Резкий скачок дал COVID-19, буквально извратив иммунную систему.

— Насколько мне известно, применительно к ПБХ говорят не только о количественных, но и о качественных изменениях?

— ПБХ традиционно ассоциируют с женщинами среднего возраста. Сегодня мы наблюдаем такое явление как патоморфоз. Заболевание встречается и у мужчин, и у пациентов разных возрастных групп, поэтому важно не ограничивать диагностический поиск привычным портретом пациента.

— Означает ли это, что диагностировать ПБХ стало сложнее?

— Диагностические критерии давно оформлены. Проблема в том, что узких специалистов-гепатологов у нас мало, а среди врачей другой специализации, к кому попадают наши пациенты в первую очередь (в основном с такой распространенной жалобой, как кожный зуд), - терапевтов, врачей общей практики, дерматовенерологов, аллергологов, даже гастроэнтерологов, - далеко не все хорошо знают клиническую картину ПБХ. Хотя справедливости ради отмечу, что подвижки в этом направлении есть: к нам все чаще стали обращаться амбулаторные пациенты по направлению коллег-дерматовенерологов (раньше это было огромной редкостью, они годами пытались вылечить кожный зуд, не подозревая о его холестатической природе). Пациентов с подозрением на ПБХ мы обследуем на нужную биохимию и нужный иммуннологический спектр, при необходимости делаем биопсию печени, разбираемся и выясняем причину беспокоящих симптомов.

Кроме того, по моему глубокому убеждению, диспансеризация уже на первом этапе должна включать биохимический анализ крови – не только показатели цитолиза печени, но и показатели холестаза: щелочную фосфатазу, гаммаглутамилтрансферазу. Еще обиднее, когда пациенты даже с результатами таких анализов, увы, своевременно не получают необходимой медицинской помощи, так как никто не обратил внимания на повышение печеночных ферментов.

Кстати, о том, что первичное звено в системе здравоохранения – это наша ахиллесова пята, о том, насколько трудно работать в первичном звене, и о том, что его нужно постоянно укреплять, говорил (в том числе Президенту РФ В.В. Путину) еще мой учитель – академик Геннадий Иванович Сторожаков.

— Илья Германович, а в лечении ПБХ происходят какие-либо подвижки?

— Принципиально глобальных изменений в терапии ПБХ за 20 лет я не отметил. Появились субклассы лекарств, которые возможно использовать при лечении этого заболевания. Если раньше был по сути один препарат (урсодезоксихолевая кислота), то за последние годы появились новые возможности для пациентов, у которых ответа на нее недостаточно. Многие из них в большей степени влияют на предотвращение симптомов (например, мучительный кожный зуд, при котором люди буквально кожу с себя сдирают). Некоторые – позволяют улучшить биохимические показатели, но эффективность этих препаратов нам еще предстоит оценить.

В лечении первичного билиарного холангита крайне важно как можно раньше выявить заболевание, и человеку с таким диагнозом системно принимать назначенную терапию. Это отдаляет срок развития осложнений и улучшает долгосрочный прогноз.